Глава 23

Ускоренная перемотка. Я лечу домой к Марле и “Мыловаренному заводу на Бумажной улице”.
Все разваливается на части.

Дома я просто боюсь заглянуть в холодильник. Я представляю себе десятки маленьких пластиковых мешочков, в которых - замороженные кусочки плоти, а на мешочках - названия городов типа “Лас-Вегас” или “Милуоки”. В этих городах, защищая местные отделения бойцовского клуба, Тайлер исполнил свои угрозы.
В углу кухни обезьянки-астронавты сидят на корточках на потрескавшемся линолеуме и изучают свои отражения в маленьком зеркальце.
- Я пляшущая и поющая срань господня, - говорит обезьянка-астронавт своему отражению. - Я - токсический отход сотворения Вселенной.
Другие обезьянки бродят по саду, что-то собирают, кого-то давят. Положив руку на дверцу морозильника, я делаю глубокий вдох и пытаюсь сосредоточиться на моей просвещенной духовной сущности.
Пение птичек, капли дождя на розах.Хочется плакать.
Дверь морозилки приоткрывается на дюйм, когда мне через плечо заглядывает Марла и спрашивает:
- А что у нас на обед?
Обезьянка-астронавт говорит своему отражению:
- Я - срань господня и заразный человеческий отброс.
Полный круг завершен.
Примерно месяц назад я не хотел, чтобы Марла видела, что лежит в морозилке. Теперь я не хочу видеть этого сам.
Боже мой! Тайлер!
Марла любит меня. Она не знает о различии между нами.
- Рада, что ты вернулся, - говорит Марла. - Нам нужно поговорить.
О, да, говорю я. Нам нужно поговорить. Я не могу заставить себя открыть морозилку. Я - Сжавшаяся Мошонка Джо. Я говорю Марле: не трогай ничего в морозилке.  Даже открывать ее не
смей.  Если найдешь там что-нибудь, сама не ешь и кошке не давай.
Обезьянка-астронавт с зеркальцем смотрит на нас, и я говорю Марле, что нам лучше уйти. Мы договорим в другом месте.
На лестнице в подвал одна обезьянка зачитывает другим:
- Три способа получения напалма. Первый: смешайте равные части бензина и замороженного концентрата апельсинового сока.  Второй:  то же самое, но вместо апельсинового сока - диетическая кола. Третий: растворяйте высушенный и измельченный кошачий помет в бензине, пока смесь не загустеет.
Мы с Марлой перебираемся из “Мыловаренного завода на Бумажной улице” в отдельный кабинет “Планеты У Денни”, оранжевой планеты.
Я вспоминаю рассуждения Тайлера о том, что, поскольку англичане открывали новые страны, создавали колонии и составляли карты, большинство географических названий на планете - это использованные по второму кругу английские географические названия.  Англичане дали всему свои имена.  Или почти всему.
Например, Ирландия. Нью-Лондон есть в Австралии. Нью-Лондон есть в Индии. Нью-Лондон есть в штате Айдахо. А в штате Нью-Йорк есть Нью-Йорк.
Ускоренная перемотка в будущее.
Созвездие “Ай-Би-Эм”. Галактика “Филип Моррис”. Планета “У Денни”.
Каждой планете дадут имя той корпорации, что доберется до нее первой.
Вселенная “Будвайзер”.
У нашего официанта большая шишка на лбу и он стоит перед нами по стойке смирно, пятки вместе.
- Сэр!  - говорит он.  - Заказывайте, сэр!  Все, что вы пожелаете, бесплатно для вас, сэр!
Тебе кажется, что у всех из супа разит мочой.
Два кофе, пожалуйста.
Марла спрашивает:
- Почему бесплатно?
Официант принимает меня за Тайлера Дердена, говорю я.
В таком случае, говорит Марла, принесите мне жареных моллюсков, суп из моллюсков и рыбный пирожок, жареного цыпленка с вареной картошкой и полным гарниром, а еще шоколадный торт-шифон.
- Через окошечко раздатки, ведущее в кухню, я вижу трех поваров. У одного из них - шов на верхней губе. Они рассматривают меня с Марлой и шепчутся о чем-то, сдвинув в кружок свои покрытые боевыми шрамами головы. Я говорю официанту, дайте нам, пожалуйста, здоровую пищу. Без всякой дряни, которую вы туда добавляете.
- В этом случае, сэр, - говорит официант, - я бы сильно не советовал вашей даме брать суп из моллюсков.
Спасибо. Тогда не надо супа из моллюсков. Марла смотрит на меня, а я говорю ей: поверь мне.
Официант поворачивается на каблуках и направляется к кухне. Через окошечко раздатки, ведущее в кухню, три повара делают мне знак - большой палец вверх.
Марла говорит:
- Не так уж и плохо быть Тайлером Дерденом.
С сегодняшнего дня, говорю я Марле, она должна следить за мной каждую ночь и записывать, где я был, с кем встречался. Не кастрировал ли я кого-нибудь из начальства. Все такое в этом роде.
Я вынимаю из кармана бумажник и показываю Марле мои водительские права.
Меня зовут не Тайлер Дерден.
- Но все знают тебя под этим именем, - говорит Марла.
Но я то знаю, что это не мое имя.
И на работе никто не зовет меня так.  Мой начальник называет меня по-другому.
Мои родители.
- Но почему, - спрашивает Марла, - для одних людей ты - Тайлер Дерден, а для других - нет?
В первый раз, когда я встретил Тайлера, я спал.
Я переутомился, я сходил с ума, садясь в самолет, я мечтал о том, чтобы он упал. Я завидовал раковым больным. Я ненавидел мою жизнь. Мне надоела моя работа и моя мебель, и я не знал, как изменить что-то вокруг.
Я хотел положить всему конец. Я чувствовал себя попавшим в ловушку. Я был слишком завершенным. Слишком правильным.
Я хотел выбраться из моей мышиной возни. Перестать играть роль сидящего в самолетном кресле потребителя одноразового масла.
Долой шведскую мебель.
Долой умное искусство.
Я взял отпуск.  Я уснул на пляже, а, проснувшись, увидел Тайлера Дердена, потного и голого, испачканного в песке, со слипшимися прядками волос, лезущими прямо в глаза.
Тайлер вылавливал из зоны прибоя плавник и выволакивал его на пляж.
Из бревен он сделал тень гигантской руки, а затем сел в тени рукотворного совершенства.
Большего от совершенства и требовать нельзя. Но возможно, я никогда не просыпался на этом пляже. Возможно, все началось с того, что я нассал на камень в Бларни. Когда я думаю, что сплю, на самом деле я не сплю.
За другими столиками в “Планете У Денни” я вижу одного, двух, трех, четырех, пятерых парней с черными синяками под глазами и вывороченными губами, которые улыбаются мне.
- Да, - говорит Марла, - ты не спишь.
Тайлер Дерден - это мое альтер эго, которое начало жить собственной жизнью.
- Как мать Тони Перкинса в “Психо”, - говорит Марла. - Круто!  У всех свои закидоны. Я однажды ходила с парнем, который делал себе пирсинг за пирсингом - все никак не мог остановиться.
С моей точки зрения, говорю я, когда я засыпаю, Тайлер похищает мое усталое тело и побитое лицо, чтобы совершить что-нибудь преступное.  Утром я просыпаюсь такой измотанный и измочаленный, словно вообще не смыкал глаз.
На следующий вечер я отправляюсь в постель раньше. Но это означает только, что на следующую ночь у Тайлера будет в распоряжении больше времени. Чем раньше я ложусь спать, тем дольше бодрствует Тайлер.
- Но ты и есть Тайлер, - говорит Марла.
Нет.
Я - не он.
Мне многое нравится в Тайлере Дердене.  Его смелость и смекалка. Его выдержка.  Тайлер - забавный, обаятельный, сильный и независимый. Люди верят ему, верят, что он изменит мир к лучшему. Тайлер - свободный и независимый. А я нет.
Я не Тайлер Дерден.
- Ты ошибаешься. Тайлер, - говорит Марла.
У меня с Тайлером - общее тело, но я узнал это только недавно. Пока Тайлер занимался любовью с Марлой, я спал. Пока Тайлер действовал и говорил, я думал, что спал.
Все в бойцовском клубе и “Проекте Разгром” знают меня, как Тайлера Дердена.
И, если я буду ложиться все раньше, а вставать - все позже, однажды я просто исчезну.
Засну и не проснусь.
Марла говорит:
- Как бродячее животное в Центре бродячих животных?
Долина Псов.  Даже если тебя не убивают, даже если ты понравишься кому-то, и тебя возьмут домой, тебя все равно кастрируют. Однажды я не проснусь, и Тайлер победит.
Официант приносит кофе, щелкает каблуками и удаляется.
Я нюхаю кофе. Он пахнет кофе.
- Итак, - говорит Марла, - если я даже тебе и поверила, то что тебе от меня нужно?
Чтобы Тайлер не победил, Марла должна не давать мне заснуть. Никогда.
Полный круг завершен.
В ту ночь, когда Тайлер спас Марле жизнь, она попросила его не давать ей заснуть всю ночь.
Как только я засну, Тайлер выйдет из-под контроля, и случится что-нибудь ужасное.
А если я все же засну, Марла должна следить за Тайлером. Куда он ходит.
Что он делает. Тогда днем я смогу разрушить его планы.