Под присягой - Стихи о Сестре Виджиланте

— Один мужик подал иск на миллион долларов, — говорит Сестра Виджиланте, — из за того, что кто то не так на него посмотрел.
В ее первый день в качестве присяжной. 

Сестра Виджиланте на сцене, прижимает к груди книгу, как щит.
Ее блузка — вся в желтых рюшках, с белым кружевом по краям.
Книга о переплете из черной кожи, на обложке оттиснуто золотом:
Библия.
Сестра Виджиланте в очках в черной оправе.
Из украшений — только браслет оберег с позвякивающими серебряными висюльками.
Волосы выкрашены в черный. Такой же темный, как ее лакированные туфли. Как ее Библия.

На сцене вместо луча прожектора — фрагменты из фильма.
На стеклах очков играют яркие блики: отражения электрических стульев и виселиц.
Зернистое изображение: кинохроника о приговоренных к смертной казни — к газовой камере или расстрелу.
Там, где должны быть глаза, — глаз не видно.

Ее первый день ко скамье присяжных, слушается очередное дело: мужчина, споткнувшийся о бордюр, предъявляет иск владельцу роскошной машины, на которую налетел.
Требует возместить ущерб в размере пятидесяти тысяч за собственную неуклюжесть.
— Эти горе истцы, у которых нет ни ума, ни элементарной координации движений, — говорит Сестра Виджиланте.
Они отличались прекрасным умением винить других .

Другой истец требовал компенсации в сотню тысяч от домовладельца, не убравшего из своего сада за домом поливочный шланг, из за которого тот упал и повредил лодыжку, когда убегал от полиции. А полиция гналась за ним потому, что он изнасиловал женщину.
Впрочем, к данному делу сие не относится.
Охромевший насильник хотел отсудить для себя целое состояние — за причиненные ему страдания и боль.

Там, на сцена, серебряные обереги поблескивают сквозь кружево на манжете,
Библия крепко зажата в руках,
ногти накрашены желтым, того же оттенка, что и рюшки на блузке,
Сестра Виджиланте говорит, что она всегда вовремя
платит налоги.
Никогда не переходит дорогу в неположенном месте. Сортирует свой мусор.
Ездит на работу в автобусе.

— И тогда, — говорит Сестра Виджиланте, в первый свой день на скамье присяжных, — я сказала судье:
Что то вроде:
— Какой же херней мы тут все занимаемся.
И ее обвинили в неуважении к суду…