→ Глава 47
Проверка, проверка. Раз, два, три.
Проверка, проверка. Раз, два, три.
Возможно, эта штука работает. Я не знаю. Слышите ли вы меня, я не знаю.
→ Глава 46
При моем образе жизни достаточно трудно обвалять в сухарях телячью отбивную котлету. В другие вечера это может быть что то другое — рыба или курица. В тот самый момент, когда одна моя рука испачкана сырым яйцом, а в другой я держу мясо, кто нибудь звонит мне и требует помочь.
Так бывает каждый вечер в моей нынешней жизни.
→ Глава 45
В ночь перед тем, как я покинул дом, мой старший брат рассказал мне все о том, что он знал о внешнем мире.
Во внешнем мире, сказал он, женщины могут менять цвет своих волос. И глаз. И губ.
Мы стояли на заднем крыльце, в свете кухонного окна. Мой брат Адам срезал мои волосы так же, как он срезает пшеницу; сжимал в руке пучок волос и срезал их прямой бритвой примерно на середине. Он зажал мой подбородок между большим и указательным пальцами, чтобы я смотрел прямо на него. Его коричневые глаза быстро двигались взад вперед между моими бакенбардами.
→ Глава 44
Часть моей работы — просмотреть меню сегодняшней вечеринки. Это значит проехать на автобусе из большого дома, где я работаю, в другой большой дом и спросить какого то чудаковатого повара, чем он собирается сегодня всех кормить. Те, на кого я работаю, не любят сюрпризов, поэтому часть моей работы — сообщать хозяевам заранее, не предложат ли им вечером съесть что то сложное вроде омаров или артишоков. Если в меню есть что то угрожающее, я должен научить их, как это едят правильно.
Вот чем я зарабатываю на жизнь.
→ Глава 43
Согласно ежедневнику, я учусь балансировке. Я на вершине лестницы, и в руках у меня куча искусственных цветов: роз, маргариток, дельфиниумов. Я пытаюсь не упасть, мои ноги в ботинках напряжены. Я собираю очередной полиэстровый букет, а все некрологи прошлой недели лежат в кармане рубашки.
Человек, которого я убил неделю назад, должен быть где то здесь. То, что от него осталось. Он держал ружье у подбородка, сидя один в пустой квартире, и спрашивал у меня по телефону причину, по которой ему не следовало бы нажимать на курок. Я уверен, что найду его. Тревора Холлиса.
→ Глава 42
Ее звали Фертилити Холлис. Это ее полное имя, я не шучу, и именно о ней я действительно хотел поговорить на следующий день с социальной работницей.
На этом этапе наблюдения за мной я должен разговаривать с социальной работницей по одному часу каждую неделю. Взамен я получаю жилье. Программа дает мне право получать субсидии на жилье. Бесплатный государственный сыр, сухое молоко, мед и масло. Бесплатное предоставление рабочего места. Это всего лишь часть льгот из Федеральной Программы Удерживания Уцелевших. Моя маленькая квартира конура и избыток сыра. Моя дерьмовенькая работенка, откуда я могу таскать мясо домой на автобусе. Достаточно для того, чтобы сводить концы с концами.
→ Глава 41
Пока еще не слишком поздно, пока мы не приблизились слишком близко к моей авиакатастрофе, мне нужно сказать насчет моего имени. Тендер Брэнсон. Это не совсем имя. Скорее, это звание. Все равно, что в других культурах ребенка бы назвали Лейтенант Смит или Епископ Джонс. Или Губернатор Браун. Или Доктор Мур. Или Шериф Петерсон.
Единственными именами в Правоверческой культуре были фамилии. Фамилия шла от мужа. Фамилия была способом застолбить собственность. Фамилия была ярлыком.
Моя фамилия — Брэнсон.
→ Глава 40
В эту ночь мне звонят так же, как всегда. Полнолуние. Люди готовы умереть из за плохих оценок в школе. Из за семейных неурядиц. Из за проблем с бойфрендами. Из за маленьких дрянных работенок. В это самое время я пытаюсь поджарить две украденных бараньих отбивных.
Люди звонят издалека, и оператор спрашивает, возьму ли я на себя расходы за этот телефонный крик о помощи от Джона Доу.
→ Глава 39
Около десяти лет назад я впервые пообщался один на один с социальной работницей. Это живой человек, у нее есть имя и офис, и я не хочу, чтобы у нее были проблемы. У нее куча своих собственных проблем. Она получила диплом специалиста по социальной работе. Ей тридцать пять лет, и она не может завести себе бойфренда. Десять лет назад ей было двадцать пять, она только что закончила колледж и задолбалась собирать всех клиентов, переданных ей в рамках новенькой федеральной Программы Удерживания Уцелевших.
→ Глава 38
Часть моей работы — садоводство, поэтому я опрыскиваю все ядом в два раза сильнее, чем рекомендуется для сорняков и настоящих растений. Затем я выпрямляю посадки искусственных шалфея и алтея розового. В этом сезоне я сам выгляжу как фальшивый сад. В прошлом году я устраивал искусственные Французские партеры. Перед этим был японский сад, весь из пластиковых растений. Моя работа состоит в том, чтобы выдергивать все цветы. Сортировать их и втыкать обратно в землю по новой схеме. Обслуживание — легкая работенка. Блеклые цветы исправляются при помощи баллончиков с красной или желтой краской.
→ Глава 37
Той ночью я снова начал отвечать на звонки. После того, как я сексуально возбуждаюсь, я должен пойти в центр города и украсть что нибудь. Не столько ради денег, сколько ради того, чтобы отвлечься. Это нормально. Соц.работница говорит, что это нормально. Это выход сексуальной энергии, говорит она мне. Это совершенно естественно. Ты находишь то, что хочешь. Ты следуешь за ним. Ты хватаешь его и делаешь своим собственным. После этого ты это выбрасываешь.
→ Глава 36
Существует способ полировки хрома при помощи газировки. Чтобы отчистить рукоятки столовых приборов, сделанные из слоновой кости, протри их подсоленным лимонным соком. Чтобы убрать блеск с костюма, смочи ткань слабым раствором аммиака, а затем прогладь через мокрую тряпку.
→ Глава 35
Солнце будит меня, скрючившегося возле плиты с ножом для мяса в руке. В моем состоянии мысль о том, чтобы быть убитым, выглядит не так уж плохо. Спина болит. Кажется, будто глаза раскрыты при помощи бритвы. Я одеваюсь и иду на работу.
→ Глава 34
Ходили слухи, что тебе надо будет ладонью сжать лягушку до смерти. Что надо будет съесть живого дождевого червя. Чтобы доказать, что ты можешь повиноваться так же, как Авраам, когда он пытался убить своего сына, чтобы обрадовать Бога, ты должен будешь отрубить себе мизинец топором.
Это были слухи.
→ Глава 33
В автобусе, на пути к нашей третьей встрече, Фертилити и я сидим перед каким то парнем и подслушиваем шутку.
Температура — двадцать семь, тридцать два градуса, слишком жарко для июня где бы то ни было, окна автобуса открыты, и от выхлопных газов я чувствую себя немножко дурно. Виниловые сиденья такие горячие, как в Аду. Это Фертилити предложила поехать в центр на автобусе. В тот день она сказала мне: В центр. Сейчас полдень, поэтому только безработные, и те, кто работает ночью, и сумасшедшие с Синдромом Тауретта едут куда либо.
→ Глава 32
На следующей неделе должна взорваться бензоколонка. А еще из зоомагазина улетят все канарейки, сотни канареек. Фертилити предвидела все это в одном сне за другим. В каком то отеле в этот момент течет труба. Неделями вода стекала внутри стен, размывая штукатурку, вызывая гниение дерева и ржавение металла, и в 15:04 в следующий вторник гигантская хрустальная люстра в центре вестибюля упадет.
→ Глава 31
Часть работы по предотвращению моего самоубийства состоит в том, что соц.работница смешивает мне еще один джин тоник. Это в тот момент, когда я говорю по межгороду. Продюсер Шоу Дона Уильямса ждет на второй линии. Все линии мигают. Кто то от Барбары Уолтерс ждет на линии три. Сейчас для меня главное найти кого нибудь, кто отвечал бы на звонки. Посуда, оставшаяся после завтрака, свалена в раковину и сама себя не вымоет.
→ Глава 30
Я уже запарился говорить полиции все утро, что я оставил соц.работницу живой, что она отчищала кирпичи вокруг камина в рабочем кабинете. Проблема в том, что дымоход не открывается, как надо, и дым идет внутрь помещения. Люди, на которых я работаю, жгут сырую древесину. Я говорю полиции, что я невиновен.
Я никого не убивал.
→ Глава 29
Где то над Небраской я вспоминаю, что забыл свою рыбку.
И она должна быть голодна.
Такова правоверческая традиция, что даже у трудовых миссионеров должен быть кто то: кошка, собака, рыбка, чтобы было о ком заботиться. В большинстве случаев это была рыбка. Просто кто то, кому нужно, чтобы ты проводил ночи дома. Кто то, кто спасает тебя от одиночества.
→ Глава 28
После первых пятидесяти пролетов лестницы я уже не могу подолгу задерживать дыхание. Мои ступни летают вслед за мной. Сердце стучит по ребрам изнутри грудной клетки. Ротовая полость и язык распухли и склеились высохшей слюной.
→ Глава 27
Пока машина едет из аэропорта, агент показывает мне свое лекарство от рака. Оно называется ХимиоСолв. Оно должно рассасывать опухоль, говорит он и открывает свой дипломат, чтобы достать коричневую аптечную бутылочку с темными капсулами внутри.
→ Глава 26
Люди обычно говорят, что это стероиды свели меня с ума.
Дюратестон 250.
Таблетки для абортов Мифепристон из Франции.
Пленастрил из Швейцарии.
Мастерон из Португалии.
→ Глава 25
Как то раз агент спросил меня, кем я вижу себя через пять лет.
Трупом, сказал я. Я вижу себя гниющим трупом. Или пеплом; я могу представить, что меня сожгут.
У меня был заряженный пистолет в кармане, я помню. Мы стояли вдвоем перед входом в переполненную темную аудиторию. Я помню, что это был вечер моего первого большого появления на публике.
→ Глава 24
Перед тем, как этот самолет упадет, перед тем, как пленка бортового самописца закончится, одна из вещей, за которые я хочу извиниться — это книга Молитвы На Все Случаи Жизни .
Людям надо знать, что Молитвы На Все Случаи Жизни не были моей идеей. Да, было продано двести миллионов экземпляров по всему миру. Так было. Да, я позволил им разместить мое имя на обложке, но книга была детищем агента. А перед этим она была идеей у кого то из команды авторов. У какого то составителя рекламных проспектов, который пытался выбиться в люди, я уже не помню.
→ Глава 23
Фертилити Холлис вновь вошла в мою жизнь в Спокэйне, Вашингтон, когда я ел пирог с кофе, инкогнито, в ресторане Шана. Она вошла через входную дверь и направилась прямо к моему столику. Нельзя назвать Фертилити Холлис чьей то волшебной крестной матерью, но вы были бы удивлены, если бы она появилась.
Но в большинстве случаев вы не удивляетесь.
→ Глава 22
Итак, тучи пчел убийц прибыли в Даллас, Техас, в десять минут девятого в воскресенье утром, точно по графику. Это несмотря на то, что у меня были вшивые пятнадцать процентов доли рынка телевизионной аудитории во время моего включения.
Через неделю сеть выделила мне целую минуту, и какие то крупные воротилы, фармацевтические компании, автозаводы, нефтяные и табачные компании выстроились в очередь вероятных спонсоров, ожидая, что я сотворю еще большее чудо.
→ Глава 21
Согласно моему плану маршрута, я в темной телестудии на коричневом диване, ощущение как от 60/40 смеси разных видов шерсти, ткань изготовлена на широком ткацком станке, устойчива к пятнам и не бликует при свете дюжины прожекторов. Стиль моих волос от компании… Моя одежда создана компанией… Мои украшения предоставлены компанией…
→ Глава 20
Еще одна вещь, которую я должен рассказать людям перед тем, как самолет разобьется, это то, что я не бредил идеей ПорноМогильника.
Агент всегда кладет передо мной бумаги и говорит: подпиши это.
Он говорит мне: подпиши здесь.
И здесь.
→ Глава 19
Перед тем, как этот самолет начнет падать, или перед тем, как закончится пленка бортового самописца, я хочу очиститься от некоторых ошибок, в том числе:
Телевизионное шоу Мир разума
Статуэтки Тендера Брэнсона для приборной панели
Настольная игра Тривиальная Библия. Как будто что то из слов Бога тривиально.
→ Глава 18
Люди всегда спрашивают меня, знаю ли я, как обращаться с тостером.
Знаю ли я, как работает газонокосилка?
Знаю ли я, для чего нужен кондиционер?
→ Глава 17
Из туалетных кабинок по обе стороны от меня доносятся стоны и дыхание. Секс или движения кишок, я не вижу разницы. В стенках кабинки по обе стороны от меня имеются дырки, но я не могу в них смотреть.
Пришла ли сюда Фертилити, я не знаю.
→ Глава 16
Одиннадцать часов следующего утра, агент всё ещё жив.
Агент жив в одиннадцать десять и в одиннадцать пятнадцать.
Агент жив в одиннадцать тридцать и в одиннадцать сорок пять.
→ Глава 15
Чтобы сделать работу правильно, ты берешь один лист золоченой бумаги и оборачиваешь его вокруг листа белой бумаги. Вкладываешь купон между свернутыми листами. Держишь марки возле свернутых листов. Затем сворачиваешь лист фирменного бланка вокруг всего этого и кладешь это в конверт.
Приклеиваешь этикетку с адресом на конверт, и ты заработал три цента.
→ Глава 14
Представь, что живешь в доме, который каждый день оказывается в другом городе.
Адам знал три пути из Нового Орлеана. Адам привел Фертилити и меня на остановку грузовиков на границе города и сказал, что мы должны выбрать. Аэропорты просматриваются. На железнодорожных станциях и автовокзалах ведется наблюдение. Мы не можем все втроем путешествовать автостопом, а Фертилити отказывается вести машину всю дорогу до Канады.
«Я абсолютно не люблю водить машину, — говорит Фертилити. — Кроме того, способ путешествий твоего брата гораздо веселее».
→ Глава 13
Наш второй день в дороге, мои зубы стали унылыми и желтыми. Снизился тонус мышц. Я не могу прожить жизнь брюнетом. Мне нужно немного времени, всего минуту, всего тридцать секунд побыть в лучах прожекторов.
Не важно, сколько я усилий прилагаю, чтобы скрыть это. Кусочек за кусочком, я начинаю разрушаться.
→ Глава 12
В следующий раз, когда я проснулся, я был в бреду, а Фертилити сидела на краю моей кровати и втирала дешевый нефтяной увлажняющий крем в мою грудь и руки.
«С возвращением, — говорит она. — Мы уж думали, что ты решился на это».
Где я?
→ Глава 11
Конечно же, мы потеряли Фертилити на стоянке грузовиков за границей Денвера, Колорадо. Даже я мог предвидеть это. Она выскользнула, чтобы купить мне Гигиеническую Помаду, когда водитель грузовика пошел отлить. Адам и я спали до тех пор, пока не услышали ее крики.
И конечно же, она все именно так и планировала.
→ Глава 10
В ночь перед нашим возвращением домой я рассказываю своему старшему брату всё, что могу вспомнить о Правоверческом церковном округе.
В церковном округе мы сами создавали всё, что ели. Пшеницу и яйца и овец и рогатый скот. Я помню, как мы ухаживали за великолепными садами и ловили искрящуюся радужную форель в реке.
→ Глава 9
Правоверческий округ — это двадцать тысяч, пять сотен и еще шесть акров, почти вся долина в защитной полосе реки Флемминг, на запад северо запад от Большого Острова, Небраска. От Большого Острова на машине туда ехать четыре часа. А на юг от Сиу Фолз — девять часов.
Всё то, что я знаю, правда.
→ Глава 8
Вначале нет ничего, кроме пыли. Отличный белый порошок талька заполнил машину, перемешавшись с дымом.
Пыль и дым циркулируют в воздухе.
Единственный звук — это звук чего то капающего из мотора машины — масла, антифриза, бензина.
До тех пор, пока Адам не начинает кричать.
→ Глава 7
Холодная тень Правоверческого церковного монумента падает на меня всё утро, пока я хороню Адама Брэнсона. Под слоями непристойности, под Голодными Задницами, под Изнасилованиями Трансвеститов, я копаю руками грязь храмового двора. Большие камни с вырезанными на них ивами и черепами, захоронены вокруг меня. Эпитафии на них примерно такие, как вы можете себе представить.
→ Глава 6
В Большом Острове у нас был маленький сын, искалеченный волчанкой, и мы смогли остановиться на пару дней в местном Доме Рональда МакДональда.
После этого мы поймали попутку с половиной Особняка Парквуд, направлявшуюся на запад. Там не было ничего, кроме спален, и мы спали по отдельности, между нами были две свободных спальни.
→ Глава 5
Путь к кровати Фертилити пролегает мимо полосатых окон и облупившейся краски. Заплесневелых плиток и пятен ржавчины. На пути повсюду засоренные водостоки и протертые ковры. Провисшие занавески и порванная обивка. Полный набор.
Это после того, как мужчина и женщина, на которых я работал, уединились наверху с Фертилити, чтобы делать Бог знает что.
→ Глава 4
На следующее утро Фертилити шепчется с кем то по телефону. Я просыпаюсь, а она уже встала и оделась и спрашивает: «У вас есть рейс на Сидней в восемь часов утра?»
Она говорит: «В один конец, пожалуйста. Место у окна, если у вас есть. Вы принимаете Визу?»
→ Глава 3
Аэропорт полон агентами ФБР, ищущими Тендера Брэнсона, Массового Убийцу. Тендера Брэнсона, Лжепророка. Тендера Брэнсона, Уничтожителя Супер Кубка. Тендера Брэнсона, который бросил свою прекрасную невесту у алтаря.
Тендера Брэнсона, Антихриста.
